Андрей Попов: открытие реестра владельцев украинских компаний. Есть ли от этого реальная польза?

В августе 2017 года Украина стала первой страной в мире, которая присоединилась к Глобальному реестру бенефициарных владельцев, инициативы Transparency International по содействию прозрачности и предотвращения коррупции.

В результате, страна полностью раскрыла информацию о конечных владельцах (бенефициарах) всех украинских компаний.

Начало процессу было положено еще в ноябре 2014 года, когда Верховная Рада Украины приняла закон №1701-18 «О внесении изменений в некоторые законодательные акты Украины относительно определения конечных выгод юридических лиц и публичных деятелей».

Тогдашний премьер-министр Арсений Яценюк, в принципе, верно сформулировал основную цель раскрытия информации о реальных собственниках: «Сегодня компании зарегистрированы на офшоры, а фактическими владельцами компаний могут быть или государственные служащие, или члены правительства, или работники администрации президента, и увидеть это невозможно. Поэтому первая основная задача этого закона – это раскрытие информации о всех реальных владельцах любых украинских компаний».

Из положительных аспектов стоит отметить следующее:

  • Несколько упрощается проверка контрагентов со стороны кредиторов или других контрагентов. Теперь станет сложнее открывать десятки самовзрывающихся компаний-«однодневок», а деловая репутация акционера перестанет быть пустым звуком, поскольку будет очень легко проверяться.
  • Общественности (журналистам, лидерам общественного мнения, неправительственным организациям и т.д.) станет несколько проще “мониторить” коррупционные риски, используя данные из открытых реестров бенефициаров.

Впрочем, в поле зрения попадают только небольшие «свечные заводики» чиновников низшего и среднего звена, их жен и родственников.

Настоящие деньги в Украине давно структурируются через зарубежные юрисдикции, в том числе с использованием трастовых, фондовых или агентских структур, которые практически невозможно отследить.

На практике, раскрытие реестра бенефициаров украинских компаний подтвердило предусмотрительность украинских бенефициаров, которые структурировали активы через зарубежные, в том числе офшорные юрисдикции.

Дело в том, что реального инструментария по раскрытию бенефициаров за рубежом в Украине по-прежнему нет. Не секрет, что многие офшорные структуры украинского бизнеса имеют номинальных директоров, а иногда и номинальных собственников.

Формально, закон Украины требует раскрытия реальных выгодоприобретателей. На практике, украинская компания может подать информацию о номинальном бенефициаре, при этом реальный выгодоприобретатель остается «за скобками» процесса. А зарубежные активы украинских граждан, в том числе чиновников, по определению «за скобками» процесса (их декларирование – дело добровольное).

Кроме того, из отрицательных аспектов:

  • Стало проще идентифицировать собственников бизнеса (не использующих зарубежные юрисдикции и механизм номинальных собственников) и просто богатых людей. В условиях, когда правоохранительная система в Украине, мягко говоря, с трудом справляется со своими обязанностями, а государство практически утратило монополию на насилие, наличие в открытом доступе данных о тысячах бенефициаров, зачастую с адресами их регистрации – это дополнительная «дорожная карта» для грабителей, вымогателей и мошенников всех видов.
  • Потенциально увеличиваются риски рейдерства и прочих незаконных действий со стороны конкурентов по коммерческим и политическим мотивам (особенно в странах с нестабильной политической и судебной системой). Впрочем, от этого предприниматели не были застрахованы и ранее, поскольку реестр сейчас открыт для общественности, в то время как для контролирующих органов он был де-факто открыт и ранее.

Таким образом, переоценивать инициативу по раскрытию бенефициаров в Украине пока не стоит. Реальное решение проблемы коррупции и ухода от налогообложения в Украине возможно только в глобальном контексте деофшоризации, в частности:

— Обязательства по раскрытию бенефициаров в зарубежных структурах – такие процессы уже идут в Великобритании, BVI, Гонконге, Сингапуре, Нидерландах и других странах;

— Инициативы ОЭСР в трансфертном ценообразовании (что снижает экономический смысл структурирования через низконалоговые юрисдикции);

— Периодические «сливы» информации по аналогии с Panama Papers, что убирает гарантию конфиденциальности даже при отсутствии законодательного требования о раскрытии, и т.д.

Андрей Попов, партнер Kreston GCG

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *